Офисные коридоры в этот час напоминали застывшую реку. Днём здесь бурлила жизнь, стучали каблуки, гудели принтеры и слышались обрывки телефонных разговоров, но сейчас, когда стрелки часов перевалили за восемь вечера, здание погрузилось в сонную, звенящую тишину. Холодный свет потолочных ламп отражался в глянцевом полу, превращая его в бесконечный каток. Для семилетней Ани этот коридор был целым миром, полным тайн и опасностей. Она осторожно ступала по светлым плиткам, стараясь не касаться темных стыков...

Осколки телефона лежали на кафельном полу кухни, как разбитые надежды. Ольга стояла, прижав руки к груди, и смотрела на место, где секунду назад был её мобильник. Виктор тяжело дышал, сжимая кулаки. — Хватит! — выкрикнул он. — Сколько можно? Твоя мать умерла три месяца назад, а ты всё ещё... — Не говори про маму, — тихо сказала Ольга, присев собирать осколки. Руки дрожали. — А что мне говорить? Что нормально в пятьдесят четыре года жить как сиделка? — Виктор прошёлся по кухне, задел плечом дверной косяк...