Марджан Сатрапи рисует своё детство во время Исламской революции в Иране линией нарочито плоской и чёрно-белой — почти комиксом, из которого выросла лента. Девочка мечтает стать пророком, слушает пластинки Bee Gees под курткой с ирокезом на груди и наблюдает, как соседей одного за другим забирает новая власть. Семью отправляют учиться в Европу, подальше от войны. Но эмиграция оборачивается не спасением, а новым одиночеством среди чужого языка. Приз жюри в Каннах картина получила, а в широкий прокат так и не вышла — лишь несколько сотен залов по всему миру...

«Вы тоже замечали, что взрослые не меньше детей любят мультфильмы? Признавайтесь честно, смотрели „Смешариков“ вместо новостей? Или включали „Масяню“ после тяжёлого дня? Да, детство закончилось, но привычки остались! Только вкусы у нас теперь другие: вместо „Щенячьего патруля“ — „Масяня“, вместо „Фиксиков“ — „Иван Царевич“. Так какие мультфильмы реально зашли российской взрослой аудитории? Давайте разбираться!» Масяня — это квинтэссенция эпохи. В начале 2000-х она была повсюду: интернет только набирал обороты, флеш-анимация была в тренде, а её фразы вроде «мульен тыщ» и «карочи» ушли в народ...