Марина открыла глаза и сразу поняла, что это не её спальня. Не та плотность штор, не тот запах подушки, не тот угол, под которым падает утренний свет. Самое страшное — не тот мужчина, который лежал рядом, уткнувшись лицом в сгиб её плеча, и дышал медленно, уверенно, по-хозяйски...

— Я тебе привезу своих детей, что бы ты за ними последила, а я со своим мужем поеду на отпуск. — Заявила золовка. Я стояла посреди кухни с чашкой остывшего чая и смотрела на телефон. На экране горело имя Оксаны, а в ушах всё ещё звенел этот её бодрый, уверенный голос, не терпящий возражений...