Предновогодний вечер в семье Лены и Алексея всегда был ритуалом, наполненным теплом. Они садились втроём на ковёр у ёлки, и дочь София с важным видом зачитывала список того, что они вместе, обсудив, купили родным. Для Лены это был урок внимания к деталям: свекрови – не просто крем для рук, а специальный, для сухой кожи, в красивой упаковке, и сертификат в спа; свёкру – не абстрактные перчатки, а утеплённые, для вождения, так как он жаловался, что руки мёрзнут за рулём. Для деверя и снохи, которые тоже должны были приехать, они подобрали нужные косметические наборы...

Телефон в кармане вибрировал уже третий раз, но Виктор не спешил доставать его — знал, что это Наташа. Спрашивает, купил ли хлеб. Или молоко. Или что там ещё закончилось в их вечно голодном холодильнике. Он стоял посреди чужой квартиры и дышал. Здесь пахло дорогим кондиционером для белья и чем-то ещё — чем-то, чему он не сразу подобрал название. Потом понял: тишиной. Стерильной, звенящей, почти осязаемой тишиной. Никто не орал «Пап, где мой рюкзак!», никто не включал мультики на полную громкость,...