Включаю «Умку» в тридцатиградусный мороз, и трёхлетняя дочь замирает. Никаких гиперактивных персонажей, взрывной анимации, бесконечных шуток. Белый медвежонок медленно бредёт по льдине, мама-медведица напевает колыбельную. Девять минут тишины, снега и интонаций Аиды Ведищевой. Дочь смотрит, не моргая. После спрашивает: «Мама, а почему он грустный?» И я понимаю: советская анимация работает на частотах, которые современные мультфильмы разучились улавливать. Говорят, ностальгия искажает восприятие...

Несколько дней назад мне позвонила соседка и сказала, что в парке на земле лежит бельчонок, который нуждается в помощи. Я взял коробку из под обуви, положил туда несколько кусков ткани, чтобы бельчонку было мягко и тепло и вышел в парк. Бельчонок лежал под деревом на животе с открытыми глазами и не шевелился, видимо был в шоке. Он был довольно большой, уже покрытый шерсткой и хвостик уже начал распушиваться. Наверное, ему было слегка более месяца. Никаких видимых повреждений у него не было видно. На ощупь он был теплый, видимо, все произошло недавно, и он не успел переохладиться. Вокруг толпились...