Подпись мёртвого человека изменила всё — Вы не войдете в мой дом, — твердо сказала Аня. — Твой дом? — рассмеялась Елена Петровна. — Милая, этот дом принадлежит роду Берестовых уже двести лет. Ты здесь просто гостья. И гостья, которая задержалась. Аня схватила папку и направилась к выходу. Иван преградил ей путь: — Куда-то собралась? Мама еще не закончила разговор. — Убери руки, Иван, — процедила Аня. — А то что? — он усмехнулся. — Позвонишь в полицию? Скажешь, что мы тебя обижаем? Аня посмотрела на него холодным взглядом: — Я скажу, что ты пытался меня украсть...

- Юлька, как хорошо, что Костя не знает про мою ту интрижку 5 лет назад, когда он был на дежурстве, а то бы он меня прибил. Я замер. Просто окаменел. В ушах зашумело так, будто я нырнул на глубину без акваланга. Голос Маринки. Родной, до боли знакомый. Но говорила она вещи, от которых у меня внутри всё скрутилось в тугой, ледяной узел. Я сидел в нашей спальне, на нашей кровати, сжимая в руке этот чертов диктофон, который установил на кухне перед их посиделками с Юлькой, и слушал. Она продолжила...