Ольга ставила селедку под шубой на край, потому что места на столе уже почти не осталось. На большой тарелке теснились рулетики из ветчины, рядом потел салат в хрустальной миске, в духовке доходила курица, а на подоконнике, в коробке из кондитерской, ждал торт, который она утром успела забрать между созвоном с клиентом и поездкой за Мишей в школу. Телефон лежал экраном вниз на холодильнике и каждые пять минут вздрагивал: то рабочий чат, то Лиза пишет, где лежит белая рубашка, то Сергей спрашивает, купила ли она свечи с цифрами, то курьер уточняет, где подъезд...

Утро начиналось с яичницы. Всегда. Артём ставил сковородку на плиту ровно в семь пятнадцать, разбивал три яйца, одно за другим, и ждал, пока края схватятся золотистой корочкой. Соня любила именно такую. С корочкой, но чтобы желток оставался жидким. Попасть в этот баланс удавалось не каждый раз, и тогда дочь хмурилась с таким серьёзным видом, что хотелось одновременно извиниться и рассмеяться. В то утро яичница получилась идеальной. Соня одобрительно кивнула, взяла вилку и принялась есть, болтая ногами под столом...