— Верочка, вы главное заранее не расстраивайтесь, там у вас на участке всё почти как было, — голос свекрови в трубке звучал торжественно, как у диктора, зачитывающего сводку о международной обстановке. — Трава — она же быстро отрастает. Это же трава. Я посмотрела на телефон, потом на мужа. Паша вцепился в руль и с огромным интересом разглядывал совершенно пустую трассу. — Галина Степановна, а что именно у нас «почти как было»? — Ой, не буду по телефону, вы за рулём, вам нервничать нельзя! Целую, Егорке привет! Гудки...

Мои кроссовки стояли на лестничной площадке под почтовым щитком. Рядом ботинки. Рядом тапки — те самые, с жёлтым пятном на левом носке, я в прошлом году опрокинула на них банку с ультрамарином и потом три дня оттирала. Я поставила коробку с книгами на пол и минуту просто смотрела. Из-за двери шёл телевизор и звук воды. Открыла своим ключом. На коврике в прихожей стояли Маринины лаковые туфли и красные кроссовки Кирилла. Больше ничего не стояло. Пол был вымыт, полосы ещё не высохли. — Ань, ты не разувайся пока, я только протёрла, — сказала Марина из кухни...