— Знаешь что, сыночек! Я, конечно, очень хотела, чтобы ты остепенился, подарил мне внуков, стал семейным и серьёзным человеком. Но не ТАК же! Ты во что превратил наш дом? Мою жизнь, мои мечты об отдыхе… Я, как в том мультфильме, живу, словно крестьянка крепостная. С утра до ночи у нас шум, в холодильнике пусто, даже если я полчаса назад его загрузила, грязь развели, словно квартиру сдаем бригаде рабочих… в общем так, либо ты решаешь вопрос со съемным жильем и вывозишь весь этот табор, либо я пишу...

...Старая театральная гримерка. На столике перед зеркалом стоят фотографии — черно-белые, с загнутыми уголками, где молодая женщина с дерзким взглядом примеряет гусарский ментик или костюм Буратино. — Знаете, что самое страшное? — спрашивает нас невидимый голос Валентины Борисовны, эхом отражаясь от пустых кресел астраханского ТЮЗа. — Не холод одиночества. Холод пустой детской кроватки, когда ты знаешь, что твои дети уже никогда не позвонят первыми. Она сидит, кутаясь в объемный вязаный кардиган цвета топленого молока...