— Андрюша, ну где же этот чертов пакет с мандаринами? Мы так до вечера не выедем! — я в панике металась по коридору, перешагивая через горы сумок, рюкзаков и пакетов. Муж, уже взмокший в своей теплой зимней куртке, высунул голову из недр багажника нашего универсала. — Марин, да успокойся ты. Мандарины у меня в руках. Лучше проверь, мы ледянки взяли? А то Светка сказала, у них там горка такая, что дух захватывает. Не простим себе, если пацанам кататься не на чем будет. Я выдохнула, пытаясь унять дрожь предвкушения...

— Ты завтра выходная? Света обернулась от плиты, где помешивала суп. Игорь стоял в дверях кухни, ещё в рабочей куртке, с телефоном в руке. По его лицу она уже знала, к чему этот вопрос. — Да, выходная. — Мама звонила. Спрашивала, когда приедем. Света отложила ложку, убавила огонь. В груди привычно шевельнулось что-то тяжёлое, но она промолчала. Спорить не хотелось. Спорить было бесполезно. — Во сколько выезжаем? — В восемь, чтобы пораньше там быть. Мама говорит, ягода пошла, надо собрать, пока не выгорела на солнце...