Лариса выскочила из подъезда, с силой толкнув тяжелую дверь, и сразу прищурилась от яркого майского солнца, залившего двор до самого асфальтового пятачка с покосившейся скамейкой, где её уже битых полчаса дожидался Егор. Мать, перед тем как уйти на вторую смену, целый час читала ей нотации о том, что за младшей нужен глаз да глаз, что Есения, она же Сенька ещё мала и беспомощна, что в их возрасте разница в одиннадцать лет — это целая пропасть ответственности, которую Лариса, как старшая, обязана нести без единой жалобы...

Меня выписывать не хотели. Врач, пожилой мужчина с усталыми глазами, стоял у койки и качал головой, пока я подписывала бумаги. — Оксана Викторовна, я настоятельно не рекомендую. После аппендэктомии прошло меньше двух суток...