Зина не искала доказательств. Они сами находили её: пропавшая бритва, исчезнувший плед, книга без закладки. Пять вещей, которые он вынес из дома, думая, что она не заметит. Зина заметила первой бритву. Не сразу. Сначала просто провела рукой по полке в ванной, где стоял его стаканчик с пеной и лезвиями, и пальцы тронули пустое место. Пыльный круг на стекле, ровно по диаметру стаканчика. Пыль была, а стаканчика не было. Она постояла так секунду, может две. Потом вымыла руки и пошла варить гречку. Геннадий вернулся в восемь, как обычно...

Геннадий положил папку на стол так, будто швырнул козырную карту. Хлопок бумаги о клеёнку прозвучал громче, чем нужно. Лариса стояла у плиты. Помешивала рагу деревянной лопаткой, которую привезла ещё мама из Костромы. Лопатка потемнела от времени, потрескалась с одного края, но рука к ней привыкла. «Подпиши сегодня», сказал он. Не попросил. Не предложил обсудить. Именно потребовал, глядя куда-то мимо неё, в угол кухни, где висел календарь за прошлый год. Она выключила конфорку. Вытерла руки о полотенце...