– Мои восемь грядок вам мешают строить баню? – спросила я. Андрей стоял у тачки с песком и вытирал ладони о спортивные штаны. Марина держала в руках рулетку, и жёлтая лента медленно уползала обратно в корпус, щёлкнув в тишине громче, чем мне хотелось бы. – Мам, ну не начинай, – сказал сын. – Мы же тебе звонили. Звонили. В апреле. Андрей тогда сказал, что «присмотрит место под баньку где-нибудь в углу». Я ответила: «Присматривай». Угол у нас за малиной, там всегда сыро и ничего толком не растёт....

Анна проснулась за десять минут до будильника. Организм, привыкший к вечной гонке между детьми и стройкой, сам выдёргивал её из сна, едва за окном начинал сереть рассвет. Она лежала, глядя в белый потолок спальни, и прислушивалась к себе. Третий ребенок, которого они так долго планировали, уже давал о себе знать лёгкими утренними толчками — не резкими, а скорее похожими на переливы какой-то внутренней волны. Аня улыбнулась, положила ладонь на заметно округлившийся, но ещё не тяжёлый живот и замерла, прислушиваясь к этой тайной жизни внутри...