— Марина, ты бы глаза-то разула, — шепнула баба Валя, сухонькая соседка с первого этажа, ухватив меня за рукав куртки прямо у подъездной двери. От неё пахло мятными валидоловыми каплями и сырым осенним воздухом...

– Витька, ты совсем ополоумел? Ты эту дохлятину в машину посадил?! В мою машину?! Жена Людмила стояла у калитки, скрестив руки на груди, и голос её звенел так, что у соседского кота Барсика дёрнулось ухо и он на всякий случай убрался под крыльцо. Людмила умела говорить тихо, но предпочитала не тратить этот навык по пустякам. А щенок, по её разумению, был именно пустяком – причём облезлым, вонючим и совершенно лишним. Виктор стоял у «Нивы», прижимая к груди нечто. Нечто было размером с мужской ботинок, серо-бурого цвета с проплешинами, и пахло так, будто его мариновали в канаве недели две...