Вероника отлично помнила тот августовский вечер. Она стояла в прихожей своей съёмной квартиры, прижимая плечом телефон к уху, и слушала, как на том конце провода надрывается младший братишка. Ему только-только исполнилось четыре, и он никак не мог взять в толк, почему Ника больше не живёт в соседней комнате и не читает ему на ночь про глупого лисёнка, который всё время путал следы. Она выслушала сбивчивые жалобы, перемежаемые всхлипами, пообещала приехать в субботу с раскрасками и новыми фломастерами...

Я зашла в квартиру в половине восьмого. Мамин голос из кухни долетел ещё из прихожей. – А отец ваш, значит, опять в комнате заперся, – говорила она Вике. – Ему, видишь, важнее в потолок глядеть, чем с детьми побыть...