Наталье было четырнадцать, когда она сидела на лестничной площадке пятого этажа на собственном чемодане и смотрела, как незнакомые мужчины выносят из их квартиры диван. Диван был старый, зелёный, с продавленной серединой. На нём она смотрела мультики, когда болела. На нём мама читала ей вслух, когда она была маленькой. Мужчины несли его вниз, ругаясь на узких пролётах, и задевали углом перила. Квартиру продали. Мама уезжала в Германию с новым мужем. Деньги от продажи разделили пополам по решению суда, и мамина половина ушла вместе с ней...

— Знаешь что, сыночек! Я, конечно, очень хотела, чтобы ты остепенился, подарил мне внуков, стал семейным и серьёзным человеком. Но не ТАК же! Ты во что превратил наш дом? Мою жизнь, мои мечты об отдыхе… Я, как в том мультфильме, живу, словно крестьянка крепостная. С утра до ночи у нас шум, в холодильнике пусто, даже если я полчаса назад его загрузила, грязь развели, словно квартиру сдаем бригаде рабочих… в общем так, либо ты решаешь вопрос со съемным жильем и вывозишь весь этот табор, либо я пишу...