– Ален, у меня, по-моему, температура. Реально ломает всю, - сказала Инна в трубку и шумно шмыгнула носом. - Я даже в аптеку не дойду. Лежу как тряпка. Алена прижала телефон плечом, пока другой рукой вытирала мокрую тарелку. На сушилке уже стояли детские чашки, кастрюля после макарон и сковородка, на которой она жарила котлеты на завтра. В квартире пахло луком и порошком из стиральной машины. За стенкой сын что-то объяснял сам себе из конструктора, а Алексей в ванной что-то активно напевал. – Горло тоже? - спросила Алена...

Лада стояла у окна и смотрела, как муж выбивает коврик о бордюр возле подъезда — методично, с каким-то остервенением, будто мстил этому коврику за то, что тот вообще существует, — а потом перевела взгляд на телефон, где в чате его друзей, забытом открытым на столе, висело сообщение от Аркаши: «Серёга, ну чё, в пятницу сбор в девять. Я Вадика беру, он обещал коньяк армянский». Она перечитала это трижды, хотя могла бы и не перечитывать, потому что суть улавливалась с первого слова. В груди стало...