— А этот соус... это брусничный? Леночка, ну ты даёшь! Я бы в жизни так не заморачивалась. Слушай, а дай-ка мне ещё кусок утки, только ножку, там мясо пожирнее! Этот голос, чавкающий и громкий, казалось, разрезал хрустальную тишину их идеального вечера на мелкие, грязные осколки. Елена сидела, вцепившись пальцами в край белоснежной скатерти так сильно, что костяшки побелели. Она смотрела, как жир с утиной ножки капает на её новую дубовую столешницу, но не могла выдавить из себя ни слова. А начиналось всё совсем иначе...

— Папа, ты когда приедешь? Я тебе письмо Деду Морозу писала, хочешь расскажу что просила? — голосок Олеси звенел в трубке так радостно, что Рита невольно улыбнулась. Она стояла у окна на кухне, наблюдая, как дочка разговаривает по бабушкиному телефону. Семилетняя девочка подпрыгивала на месте от нетерпения, и ее темные косички смешно подскакивали. — Я попросила большой набор для рисования, там карандаши, краски, фломастеры! И еще куклу с домиком и мебелью! Представляешь? — Олеся прижимала телефон к уху обеими руками...