Руки Риты пахли хлоркой. Всегда. Даже после душа и крема с ромашкой из аптеки у метро. Запах этот впитался в кожу за двенадцать лет работы санитаркой в городской больнице номер семь, и Рита давно перестала его замечать. Будильник прозвенел в пять тридцать. Она поднялась, не включая свет, прошла на кухню по холодному кафелю. Чайник, два бутерброда с сыром, таблетка от давления. Всё одинаково, каждое утро, как расписание процедур в отделении. За стеной тихо заплакал ребёнок. Потом замолчал. Рита прислушалась, намазывая масло на хлеб...