Свекровь позвонила в среду, ближе к полудню, когда у прилавка стояли пятеро и каждый торопился. Я взвешивала женщине перец на лечо. Она брала шесть килограммов и выбирала сама, по одному, каждый поворачивала к свету, будто покупала не перец, а хрусталь. За ней дед держал раскрытый пакет и в третий раз спрашивал, почём лук красный и почём белый. Телефон гудел в кармане фартука, замолкал и начинал снова. Так звонила только Александра: она не допускала мысли, что человек может быть занят. — Кира, подмени, — сказала я и вышла за ящики с капустой...