Четыре года после суда пролетели быстро и тревожно, как летят над лесом первые заморозки — ещё не зима, но уже дыхание стужи. «Тихий кров», теперь значащийся в бумагах как «трудовая коммуна имени 8 Марта», продолжал жить своей обычной жизнью: топилась печь, варилась похлёбка, дети росли, а взрослые старели. Серафиме шёл уже сорок первый год, и в волосах её появилась первая седина — тонкие серебряные нити у висков, которые Анюта замечала, но никогда не говорила о них вслух. Глава 1 Гришка превратился в огромного, мрачного мужчину с вечно сжатыми челюстями...