В крайнем деннике стояла чужая лошадь. Марина замерла у ворот конюшни, не выпуская из рук дорожную сумку. Гнедой мерин с белой отметиной на морде повернул к ней голову и коротко фыркнул. Она знала здесь каждую лошадь по храпу, по масти, по тому, как животное переминается в станке перед кормёжкой. Этого мерина она видела впервые. Сумка мягко опустилась на бетон прохода. Пахло сеном, тёплой кожей, навозом и пылью, как пахло здесь всегда. Только в этот привычный запах вплёлся чужой. В соседнем станке переступала вороная кобыла, тоже незнакомая...