— Без меня ты пропадёшь, — усмехнулся он. — Тогда я пропаду свободной, — ответила я. Он не поверил. Я и сама не очень верила. Но сказала — и слова встали в горле как кость, которую уже не проглотить обратно. Это был вторник. Самый обычный вторник, пах жареной картошкой и старой обидой. За окном шёл дождь, по стеклу ползли капли, и я смотрела на них и думала: вот так и я. Всю жизнь — вниз, по чужому стеклу, куда стекается, туда и я. Меня зовут Люба. Любовь Сергеевна, если по-взрослому. Пятьдесят один год, швея-закройщик, двадцать три года замужем...