Чашку я поставила осторожно на самый край новой столешницы. Камень был холодный и ещё пах магазином, тем резким пластиковым духом, который не выветривается за неделю и лезет в нос, стоит только наклониться. Галина Сергеевна провела по камню ладонью, медленно, от края до края, будто смахивала пыль, которой там не было, потому что эту столешницу она вытирала уже третий раз за вечер. – Красота же, а? – сказала она и заглянула мне в лицо. – Ты потрогай, потрогай. Как лёд. Паша выбирал. Паша не выбирал...