К сорока шести годам я знала про этих мерзких, на первый взгляд, созданий совсем немного. Можно сказать, ничего( Сведения ограничивались воспоминаниями о советском шедевральном детском фильме-экранизации сказки о Буратино. Помните прихлебателя сеньора Карабаса-Барабаса, ловца пиявок Дуремара? И его прилипчивую, крутящуюся в голове и на языке песенку: «А я о пиявках пою! За денежки их продаю…от икоты и зевоты…,.и т.д. .Помогут вот эти козявочки, мои дорогие, мои дорогие, весьма дорогие, пиявочки!»...

Про Дверь все в деревне знали. В том перелеске и другие такие были. В большинстве, попроще, конечно. И скрывали они входы в кладовки-землянки, обустроенные предприимчивыми деревенскими. Но эта Дверь была прям царь-дверь – толстая, внушительная, старинная. Мне – три года. И я очень впечатлительный. Отец привел меня к Двери и с придыханием, делая страшные глаза, заявил, что именно тут живет бабайка, а не в сундуке в спальне бабушки, которого я до одури боялся по ночам. Он сказал, что Дверь эта давно не отпирается и бабайка ко мне не сможет выбраться...