Первого сентября у мультипликационных двоечников не задавалось хотя бы раз: то оживает собственная ошибка из тетради, то встаёт из дневника позорная единица, то школьная форма не находится даже на взрослого крокодила. Откуда в детской мультипликации взялась мода наказывать лентяев их же ошибками? Кто из будущих классиков анимации начинал именно на школьных сюжетах? И почему история про двойку из учебника аукнулась даже в фильме про Чебурашку? Мальчика с картины Фёдора Решетникова «Опять двойка» рисовать заново не пришлось — мультипликаторы будто оживили его самого...