— Ты опять не ел? — Галина Петровна поставила кастрюлю на стол с таким грохотом, что сосед снизу наверняка решил, что началось землетрясение. — Я встала в шесть утра, варила этот борщ три часа, а ты сидишь с видом покойника и говоришь, что не голоден? Андрей поднял глаза от ноутбука. Тридцать два года, виски уже чуть тронуты сединой, под глазами — фиолетовые тени от бессонницы. — Мам, я работаю. — Ты всегда работаешь. Ты и в гробу будешь работать — руки на клавиатуре сложат, чтоб не скучал. Она уже разливала по тарелкам, не спрашивая...