Сто лет - срок для дома немалый. Для человека вон сколько, а для избы, что на дубовых венцах стоит, - это как раз то время, когда она уже не «постройка», а живой родич, у которого есть имя, память и свой голос. Ариша узнала об этом в четверг. Шёл дождь, за окном сеялось мелко и нудно, и она сидела на кухне, перебирая сушёные яблоки, когда из-за печки раздалось не обычное ворчание, а что-то торжественное. Даже строгое. - Сегодня, - произнёс Игнатий Силыч таким голосом, каким говорят о важном, - у нашего дома именины...