— Хлеб где, Верочка? А то мы тут чай поставили, а закусить нечем. Вера даже не сразу поняла, кто это сказал — свекровь или тётка мужа. Голоса у них за последние недели стали для неё одинаково невыносимыми: громкими, требовательными, уверенными, будто квартира принадлежит не ей с Вадимом, а именно этим двум женщинам, которые приехали «на недельку», да так и приросли к их дивану. Она стояла в прихожей, прижимая к бокам тяжёлые пакеты, и смотрела на груду чужой обуви, раскиданной так, что некуда было ступить...