— Из квартиры я тебя не выгоняю, ты же мать моих детей, хоть и бывшая. Но жить я буду здесь. С Эльвирой. Имей в виду, она натура тонкая, энергетически заряженная, поэтому прошу без твоего этого мещанства. Валерий Аркадьевич произнес эту речь, стоя в прихожей в одном ботинке. Второй он никак не мог надеть, потому что мешал живот — трудовая мозоль, нажитая за тридцать лет лежания на диване перед телевизором. Рядом с ним, как сухофрукт в шоколаде, сморщилась и одновременно блестела Эльвира. Нина Сергеевна,...