Привычно и правильно нам, людям, смотреть на то, что нам показали в короткие 47 минут, как на душеспасительную сказку. Сказку о дружбе и свободе. Когда мы так смотрим, мы — дети. Мы спасаемся, погружаясь в мир мальчика Фолько. Мы грезим и не видим другого нам. Другого — чужого. Мы доверяемся как утешению и спасению тому, что нас и погубит. Мы видим в прекрасном коне — героя, жертву, страдальца, апостола свободы, друга, спасителя… и не видим — чуждое нам. Мы грезим, что он — это как мы, что он — это я, что мы — одно...