Мачеха из «Золушки», мать Ивана Бровкина, черепаха Тортилла, тётя Глаша из «Большой перемены». Для нас они всегда были пожилыми, как будто так и родились. А у каждой была молодость, о которой зритель ничего не знал: берлинская сцена, кабаре, блокада, мальчишеские роли и слава первой красавицы. Я собрал десять актрис, которых страна запомнила старушками, и посмотрел, какими они были в двадцать лет. Самую неожиданную историю оставил на последок: там молодое лицо знали все, пожилое тоже, а между ними лежат семь лет, о которых она не любила говорить...