Геннадий закрыл ворота в девять сорок семь. Тринадцать минут до конца смены. Октябрьский ветер гнал по аллеям жёлтые листья, фонари качались, и тени от клёнов ползли по асфальту, как живые. – Молодой человек. Он обернулся. У ограды стояла женщина. Невысокая, в тёмном пальто, с сумкой через плечо. Лет семьдесят пять, может, больше. Голос тихий, с хрипотцой – будто горло сдавлено шарфом даже в такую погоду. – Парк закрыт, – сказал Геннадий. – Приходите завтра. – Мне только на минуту. Он покачал головой...