Чайник кипел уже минут пять, а Тамара Сергеевна всё стояла у окна. Соседский рыжий, по имени Барон (так его называла консьержка), шёл по карнизу размеренно, по-хозяйски. У кота были дела. У неё, как выяснилось к шестидесяти двум, никаких особенных дел не осталось. Чайник наконец возмутился, выпустил последний пар. Она спохватилась, выключила газ. Налила в чашку. Достала пакетик чёрного, опустила, забыла вытащить. Чай заварился до цвета крепкого кофе, горький, терпкий. И правильно. Сладкое она с прошлой осени перестала пить...