– Ты о чём вообще? – спросил Кирилл и замер у кухонного стола, держа в руках чашку с остывшим кофе. Утренний свет, пробивавшийся сквозь тюль, ложился на его лицо неровными полосами, и в этой полосатой тени выражение растерянности выглядело особенно отчётливо. Он медленно поставил чашку на столешницу, словно боялся, что резкое движение выдаст его окончательно. Инна стояла в дверях кухни. В руках сжимала банковскую выписку, края которой уже чуть помялись от того, как сильно она их сжимала по дороге домой...