— Ты дома сидишь, тебе нетрудно! Ярослав с грохотом сбросил запылённые рабочие ботинки прямо на резиновый коврик у порога. Брезентовую куртку он привычно зашвырнул на вешалку, не глядя, попал ли крючок в петлю. Рената стояла у плиты. Она аккуратно помешивала густое овощное рагу в чугунной жаровне. — Делов-то на полчаса, — не унимался муж, заглядывая через её плечо в горячую кастрюлю. — Подумаешь, с мальчишками день посидеть. Покормил вовремя, ящик с кубиками вывалил на палас, и лежи себе на тахте, кино смотри...

Павел позвонил с вахты ближе к полуночи. Вероника как раз дошивала Софье костюм рябинки к утреннику в саду, держа во рту булавки. На экране радионяни Степан наконец перестал возиться и затих. — Вер, ну не начинай. Приеду, будешь спать сколько влезет. Я сам к малому вставать буду. Она по одной вынула булавки изо рта и воткнула их в подушечку на запястье. Семь лет брака, и перед каждым приездом он обещал одно и то же. А по ночам потом вставал только к холодильнику. Степану было шесть месяцев. С самого его рождения она ни разу не проснулась сама: её будил плач, потом кормление, потом снова плач...