Сын опереточного певца, столичный франт, певший и танцевавший на зависть гвардейцам, — таким знали молодого Сашу Прокофьева в петербургских гостиных. Казалось, впереди у него лёгкая судьба театрального баловня. А он подался в авиацию, дело по тем временам отчаянное, потерял на войне ногу и стал человеком, без которого, как потом писали за океаном, не было бы американских ВВС. Летать он выучился ещё мальчишкой. Папаша его, певец оперетты и владелец театра (Северский — это, кстати, отцовский сценический...