В 1990 году советское инженерное образование считалось одним из лучших в мире. Страна выпускала сотни тысяч инженеров, которые строили космические корабли, атомные подводные лодки и станки с ЧПУ. Заводы работали, конструкторские бюро гремели. Прошло 35 лет. Теперь у нас есть курьеры, таксисты и китайские станки. Инженеры, которые могли бы создавать будущее, — либо уехали, либо работают не по специальности, либо доживают свой век в НИИ с зарплатой в 40 тысяч. Когда рынок открылся, советское инженерное образование оказалось никому не нужным...

– Кажется, вас ревнуют, – говорит Макс, поймав негодующий взгляд моего мужа. – Не волнуйтесь, он не умеет драться. – А я и не волновался, потому что я как раз драться умею, а за красивую женщину не грех и пострадать. Комплимент падает в пустоту внутри меня и не вызывает никакой реакции. Ноль. – Уф-ф-ф… Даже не улыбнётесь? А вы крепкий орешек, – усмехается Макс. Окидываю его профессиональным взглядом. Ему сорок с чем-то – наверное, ближе к сорока пяти. Привлекательный, но не за счёт гладкости кожи, а за счёт уверенности, которая врезалась в черты лица...