— Мам, смотри. Это же ты. Соня сидела на полу с планшетом, поджав ноги. Перед мультиком выскочила реклама, и девочка вдруг замерла. Марина вытерла руки о полотенце и обернулась через плечо. На экране женщина двигала фишку по "Монополии". Она смеялась, что-то объясняла двум детям за столом, разводила руками. Камера держала лицо крупно, по-домашнему. На женщине была зелёная кофта с протёртым локтем. Та самая кофта висела сейчас на спинке кухонного стула. В двух шагах. Марина подошла ближе к планшету...

В мире, где вода становится символом власти, а засуха — метафорой социального неравенства, советский мультфильм «Лоскутик и облако» (1977) раскрывается как многогранное культурное явление. На первый взгляд — это добрая сказка для детей, но при ближайшем рассмотрении она оказывается сложным текстом, насыщенным аллюзиями на нуар, вестерн и антиутопию. Почему история о девочке в лоскутном платье и её друге-облаке вызывает ассоциации с «Китайским кварталом» Романа Полански? Как в детском мультфильме...