— Потерпим на съёмной. Зато отец поднимется, — сказал он, будто речь шла о мелочи, а не о продаже моей квартиры. Андрей произнёс это спокойно, словно предлагал купить новую модель пылесоса или сменить оператора мобильной связи. Он сидел на кухне, на том самом стуле с дерматиновой обивкой, который мы когда-то тащили с дачи моих родителей, потому что жалко было выбрасывать. Обивка давно протерлась на сгибах, обнажая жёлтый поролон, и Андрей каждый раз ёрзал, пытаясь устроиться поудобнее, но так и не удосужился ни подшить чехол, ни купить новое...