Ирина любила свою квартиру той особой, нервной и собственнической любовью, которая знакома только женщинам, выплатившим ипотеку самостоятельно за три года до брака. Это была не просто жилплощадь. Это был ее личный памятник независимости, отлитый в бетоне и зашпаклеванный итальянской штукатуркой. Вечер пятницы должен был стать священным ритуалом. План был прост и гениален в своей банальности: бокал сухого, новый сезон скандинавского детектива и полная тишина, нарушаемая лишь гудением увлажнителя воздуха...