Тишина, звенящая, предрассветная, даже машин не слышно, город будто вымер... В моё открытое настежь окно смотрит волоокая луна. Она не мешает мне, пусть глядит, как я, в одном исподнем, сижу у старой лампы за столом, раз за разом, как кино, прокручиваю в уме всю свою жизнь и пью. Я давно уже пью, дня три точно. Мне уже тошно от того, что в желудке нет ничего, кроме этой горькой, обжигающей жидкости. Но я ничего не могу с собой поделать. Я дошёл до точки, до предела. Мой запас прочности закончился, нагрузки слишком велики, и металл внутри меня корежится, сворачивается змеёй, стонет...