– Пустые, – сказала свекровь и опустила свою ложку обратно в кастрюлю. Ложка у неё одна на всю жизнь, алюминиевая, черенок выгнут под её руку ещё в Сухом Логу. Она ею пробует и ею же ест. И кладёт назад, в общее, и так было всегда. Я стояла в дверях в рабочем жилете, клещи для пломб ещё висели на поясе. Двенадцать часов на приёмке, потом автобус, потом четыре этажа. И вот эта кастрюля. – Капитолина Марковна, я их три часа варила. – Значит, воду три часа и варила. Она живёт у нас с позапрошлого июля...