Мы привыкли думать, что жанр в кино — это набор формальных признаков. Дождь, шляпа с широкими полями, затемненная комната, женщина с низким голосом и мужчина, который ошибается. Реже мы думаем о жанре как о диагнозе. Но есть одна кинематографическая традиция, которая, подобно рентгену, просвечивает эпоху насквозь, выявляя переломы и трещины там, где кажется, что стоит лишь крепкий монолит культурных смыслов. Эта традиция — нуар. Нуар — это не просто жанр. Это состояние. Это способ существования...