— Ты хоть понимаешь, что мы уже три месяца не можем нормально поесть? — голос Антона был тихим, но в нём слышалось что-то острое, как край консервной крышки. Маша стояла у плиты и помешивала суп. Картофельный, с луком и лавровым листом. Больше класть было нечего. — Понимаю, — сказала она, не оборачиваясь. — Мама предлагает переехать к ней. У неё большая квартира, своя комната для нас, отдельный санузел. — Антоша, мы уже говорили об этом. — Говорили. И я прошу тебя ещё раз подумать. Серьёзно. Маша сняла кастрюлю с огня, поставила на деревянную подставку с обгоревшим краем...