Вечер опустился на землю вязким, душным маревом, точь-в-точь повторяя состояние Анны. Свинцовая усталость, копившаяся месяцами, кажется, навсегда впечаталась в её тело, в каждую клетку. Она сидела в кресле у панорамного окна, глядя на безупречно подстриженный газон своего огромного участка, но не видела ни ровных линий туй, ни подсвеченных фонарями роз. Всё, что она ощущала, — это бездонную пустоту внутри, выжженную землю там, где когда-то цвела душа. Её агрофирма, дело всей жизни, процветала, принося колоссальные доходы, но сама Анна чувствовала себя банкротом...