— Зой, мы через неделю к тебе! На десять дней. Ты же всё равно одна, чего тебе жалко? Зоя замерла посреди гостиной, сжимая телефон так, будто он мог развалиться на части. Взгляд её упал на надувной матрас у стены — жёлто-белый, с пятном от пролитого чая и смятой простынёй. Он лежал там уже третью неделю. Сначала двоюродная сестра Лена с мужем, потом тётя Валя с внучкой, которая утром громко распевала «Малышарики» прямо под Зоину спальню. Полотенца до сих пор висели в ванной — чужие, пушистые, с вышитым именем «Анечка»...