— Не надо мне никакой помощи, сама управлюсь. Зинаида сказала это в трубку легко, отмахнувшись, а дочь услышала за спокойным голосом матери железную створку, что закрылась перед самым носом. Семьдесят лет, вдова, одна в деревне на краю района, а гонору хватило бы на троих. — Мам, ты же руку повредила. — Кто тебе наплёл? — Настя сказала. Ей соседка твоя, тётя Вера, звонила. — Вот языкатая, — фыркнула Зинаида. — Ушиб. К свадьбе заживёт. К свадьбе. Настя, дочь Марины и, стало быть, Зинаидина внучка, летом выходила замуж — двадцать лет девке, самый цвет...