Жизнь Алины к тридцати шести годам упёрлась в плотную стену, за которой ничего не происходило. Не то чтобы ее охватило отчаяние, нет. Скорее разочарование, похожее на ноябрьскую слякоть за окном её двушки в спальном районе. Она бросила работу, выгорев до тла, и теперь её дни представляли собой бесконечную вереницу однообразных ритуалов: поздний подъём, крепкий кофе у окна, сериалы, перелистывание журналов, сон. Деньги, оставшиеся от родителей и скопленные за годы безрадостного труда, позволяли не спешить...