Я нашла материнскую тетрадь на третий день после похорон, под стопкой старых наволочек, которые пахли сыростью, лавандовым мылом и тем самым тяжёлым, невыветриваемым стариковским домом, где вещи живут дольше чувств. Сначала я даже не поняла, что держу в руках, простую школьную тетрадь в коричневой обложке, с потёртыми уголками и неровной надписью синими чернилами: "Для себя. Не трогать". Дом был тихий. После похорон всегда наступает такая странная пора, вы, наверное, знаете: люди уже разошлись, стаканы со стола убраны, платки высохли, а мёртвый человек всё ещё как будто стоит в каждой комнате...